Сарычева

О редакторском мастерстве

*

О людях и противоречиях

Люди — самое противоречивое и поэтому самое интересное явление в жизни. Я почти всегда ошибаюсь в своем начальном представлении о человеке. Когда с кем-то знакомлюсь, знаю, что через два месяца новый знакомый будет не таким, каким казался в начале:

казался заносчивым, оказывался глубоким и умным;

казался прямым, а оказывалось, что не способен договариваться и выстраивать отношения;

казался открытым, оказывался зацикленным на себе и своем внутреннем мире;

казалось, что говорит очень правильные мысли, а эти мысли впоследствии оказывались настолько поверхностными и однообразными, что там просто нечему быть неправильным;

казался закрытым, оказывался сложным и непонятым;

казался жестким, оказывался принципиальным;

казался раздолбаем, оказывался умным и талантливым;

казался талантливым и оказывался талантливым;

казался вежливым, оказывалось, что просто хочет всем понравиться;

казался чокнутым, оказывался умным, ироничным, масштабно мыслящим;

казался серьезным, оказывался лишенным чувства юмора и самоиронии.

И поскольку в людях всё неоднозначно, то их идеи бывают непоследовательны. Например, сначала человек отчаянно ругает гомофобов, а на следующий день выступает против гей-парадов. Или бесится, когда коллега в офисе хлюпает чаем, а у близкого друга даже не замечает. Это окей.

Мой совет. Если вдруг замечаете противоречие, не попрекайте: «Ты только вчера говорил вот так, а сегодня уже так! ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ! КАК ТЕБЯ ЗЕМЛЯ ВАПЩЕ НОСИТ». Потому что то же самое можно сказать обо мне, о вас и том парне. Лучше расспросите: «А почему ты не считаешь протест против гей-парадов гомофобией?». Ну или что-то такое, уж не знаю, как вы сформулируете.

После расспросов выяснится, что ваш знакомый не просто против гей-парадов, а против любых парадов с сексуальным контекстом. То есть против гетеросексуальных парадов он тоже возражает. Так можно глубже понять человека, его характер и мотивы.

Это же правило применимо к работе. Клиент хочет запустить инстаграм со сторисами, а клиентов там нет и публиковать нечего, и вести некому. И когда всё это расспросишь, оказывается, что ему нужен спецпроект на Лайфхакере, а не инстаграм. И выяснить это всё можно только благодаря поиску противоречий.

В отношениях с людьми я предпочитаю больше говорить о собеседнике, чем о себе. Поэтому меня все любят.

2 января   наблюдения

Не так однобоко

Пришла недавно вечером в Перекресток. Стою на кассе, расплачиваюсь, рядом Варя сидит в коляске. Варе год и три месяца, и она чудесная. А это уже девять вечера, в магазине никого. Только я, кассир и два охранника. И один охранник здоровый такой мужик, ростом не меньше метра девяносто. Толстый, без зуба, грязноватый, с усами. Улыбался Варе и махал рукой, а потом, когда я уже расплатилась и была готова уходить, подошел и погладил ее пальцем по щеке. Я взбесилась, говорю таким твердым голосом: «Не трогайте моего ребенка, пожалуйста». Он переменился в лице и говорит:

— Ты чё, п***а, замечания мне будешь делать?

У меня в голове зашумело. Я подхватила пакеты, коляску и выскочила из магазина. Даже застегнуться не успела и шарф не завязала. Так и дошла до дома, не хотела останавливаться. А всю дорогу в груди страшно колотило.

Так вот. С момента, когда охранник погладил Варю по щеке, остальное было только у меня в голове, а в жизни было по-другому. В жизни я, как последнее жалкое ссыкло, ничего не сказала этому здоровенному охраннику. Я испугалась. Я просто посмотрела на него, отодвинула коляску, застегнулась и вышла с Варей из магазина. А потом всю дорогу винила себя, что не смогла постоять за дочку. Но правда в том, что я не знаю, смогу ли я сделать замечание в следующий раз или испугаюсь. Ит депендс.

***
Веду тренинг в компании. Всё плохо, участники недовольны, у всех какие-то другие ожидания. Один из них говорит: «Это всё слишком просто для нас». Я ответила что-то невнятное. Думаю: сейчас доведу до перерыва и скажу организатору, что в таком формате не планирую продолжать. Прокручиваю в голове, какую часть денег вернуть (никакую), какими словами и тоном это скажу и как потом буду переживать этот провал.

Наступает перерыв, я вылавливаю участника, который сказал, что всё просто. Говорю: «Мне жаль, что я трачу ваше время, вам лучше уйти. Вы мне мешаете и демотивируете других». Он извинился, не ушел и дальше включился в работу и стал помогать. Довела по плану, хотя разумнее было закончить.

***

А теперь на несколько лет назад. Едем с мамой на автобусе из Москвы в Рязань. Впереди едут две женщины, и одна, перед мамой, сильно откинула спинку кресла. Маме неудобно. Она сидит, то так повернется, то так, и всё равно неудобно. Жалуется мне, что ноги упираются.

Наклоняюсь к женщине перед мамой, говорю: «Извините, можете немного поднять спинку? Моей маме неудобно сидеть». Женщина извинилась и подняла, маме стало удобно.

***
Кароч, мир адски сложный. А люди в нем — самое сложное и противоречивое явление, и оттого самое интересное. Один и тот же человек в разных ситуациях ведет себя по-разному. В жизни герой не всегда герой, а трус не всегда трус. Это ведь и есть вся драма жизни, которая делает ее такой увлекательной. И если кто-то приходит и говорит «Да чё ты, тут же всё просто». Или «Да сделай это и всё». Или «Да возьми и скажи, чё как этот-то». Ну блин. Слишком однобоко.

15 декабря   наблюдения

Ритмичность абзацев

Текст без деления на абзацы — это зло, читать не хочется:

no-indents

Поэтому первое гигиеническое правило работы с текстом — делить на абзацы. Это такой способ управлять вниманием: читатель видит небольшие кусочки текста и соблазняется их прочитатать. И так один за другим. Если текст поделен на абзацы — это уже хорошо, но можно лучше.

Читателю будет сложно принять решение, какой абзац выхватить, если они все одинаковые:

the-sameindents

Поэтому полезно задавать абзацам ритм: абзац короткий, длинный, средний, длинный, короткий. Если есть ритм, легко выбрать, какой кусочек прочитать:

indents-ritm

Спорим?

indents-that

Классно научиться зашивать в соблазнительные с виду абзацы самую полезную информацию. Читатель выбирает абзац с виду попроще, а там бац — самое важное. И даже если дальше он не станет читать, то уже знает ключевые идеи. 

 

15 декабря  

Акценты в тексте

Иногда, если пытаться составить хорошее предложение с подлежащим и сказуемым, в тексте смещаются акценты. Пишу вступительный текст для методички о простых документах. Мысль такая:

Мир станет прекраснее, когда договоры будут написаны простым, человечным языком.

И тут я замечаю пассивный залог. Как любой порядочный редактор, нахожу хорошее подлежащее, переписываю предложение с активным залогом:

Мир станет прекраснее, когда юристы будут писать договоры простым, человечным языком.

Заметили? Сразу дело стало в юристах, будто мир недостаточно прекрасен из-за них. Но это не правда, проблема именно в договорах, а кто их составляет — неважно. Поэтому вариант с пассивным залогом по смыслу подходил лучше.

Я в итоге переписала так:

Мир станет прекраснее, когда договоры будут занимать одну страницу, а текст в них будет простым и человечным.

Еще несколько примеров:

Ложный акцент

Правильный

Описание интерьера

Гости рассаживаются лицом друг к другу, а не смотрят в телевизор

Кресла и диван в гостиной расставлены так, чтобы гости смотрели друг на друга

Статья о новых кассах

По новым правилам предприниматель обязан выдать чек с отметкой о фискализации

По новым правилам в чеке должна быть отметка о фискализации

Описание тарифа

На Оптимальном тарифе клиенты платят 490 рублей в месяц

Оптимальный тариф стоит 490 рублей в месяц

15 декабря  

Тарифы без сносок для Модульбанка

Банковские тарифы — это пример бюрократизма и античеловечности. Тарифы должны соответствовать требованиям Центробанка, а не быть понятными клиентам. 85 сносок считаются нормальным, как и вот такой язык:

Абонентская плата за ведение расчетного счета списывается ежемесячно в полном объеме в последний календарный день месяца, предшествующего оплачиваемому, независимо от наличия или отсутствия операций по расчетному счету.

Чтобы понять, надо прочитать три раза. Хотя у меня так и не уложилась формулировка «последний календарный день месяца, предшествующего оплачиваемому».

В тарифах одного большого и известного банка (если вы понимаете, о чем я) я нашла такую сноску «Здесь и далее. Сутки — 00:00—24:00 по Московскому времени». К счастью, Модульбанк, с которым я работаю, отвергает прикрывательство задницы в ущерб клиентам, поэтому мы обновили тарифы. Раньше они выглядели вот так:

А теперь вот так:

Полезное действие


Юридические сноски и неудобная таблица — очевидные проблемы. Неочевидная — в нагрузке на службу поддержки. Клиенты не понимали, что означают формулировки в сносках и спрашивали поддержку. Поэтому полезное действие переверстки не в том, чтобы сделать красивенько, а в том, чтобы сократить нагрузку на поддержку и помочь клиентам разобраться в услугах без помощи банка.

Еще одна проблема — из-за неудобных тарифов банк теряет клиентов. Потенциальный клиент приходит на сайт, хочет узнать стоимость услуг, но не может разобраться и уходит к конкуренту.

Колонки


Я начала с того, что избавилась от последней колонки. В старой версии она занимает шестую часть полезной площади:

Колонка бестолковая. Она описывает, в какой день списывается плата за услугу. Это нужно не везде и лучше это перенести в первый столбец, в описание самой услуги. Так мы выиграем место, а клиенты получат важную информацию сразу в первой колонке:

Верстка таблицы


Таблица в старой версии — плохая. Я не знаю, кто ее верстал, но хорошо бы ему почитать Бирмана и Тафти.

Первым делом я убрала цветную заливку. Кажется, что она должна помогать разделять колонки, а на самом деле от нее рябит в глазах и трудно сравнивать тарифы между собой. На этом этапе получилось так:

Теперь можно убрать границы:

Стало чище и сразу видно проблемы: текст скачет из-за выравнивания по центру, отступы слишком маленькие, содержимое смешивается, названия разделов не считываются, вертикальное выравнивание тоже прыгает. Исправляем:

Заодно я увеличила шрифт и покрасила его в черный вместо серого. Позже, когда таблица была готова, я добавила подзаголовки с названием тарифов на каждую страницу, чтобы не дать клиенту запутаться и не заставлять возвращаться в начало:

Текст и сноски


То что я поправила в таблице — это легкотня. Теперь нужно отредактировать описание услуг, переработать сноски и сделать так, чтобы описание из одной ячейки не перескакивало на две страницы.

Сносок было дофига — двадцать две. Конечно, все важные и одобрены юристами.

Описание сносок открывала надпись «Мы, как и вы, не любим сноски, но это полезно знать». А дальше — три страницы канцелярского текста.

Я избавлялась от сносок постепенно: редактировала услугу в таблице, смотрела на сноску к ней, переносила ее в таблицу и переписывала простым языком. Описание услуги в таблице становится большим, но это нестрашно. Главное, что клиенту теперь не надо листать в конец документа, он сразу видит важное в таблице:

Раньше в строке с этой услугой стояло девять сносок.

Иногда в одной сноске было два важных примечания, и одно из них можно было перенести в таблицу, а второе — нет. Тогда я отмечала то что перенесла серым, а то что надо доработать — красным:

В итоге из двадцати двух сносок я перенесла в таблицу тринадцать. Оставшиеся девять я переформулировала в формат часто задаваемых вопросов, поставила заголовки, увеличила шрифт, настроила длину строки и добавила акценты на правое поле:

Текст в таблице переписала по инфостилю и редполитике Модульбанка. Теперь разделы называются не «Расчетно-кассовое обслуживание» и «Безналичные платежи», а «Работать со счетом» и «Переводить деньги».

Сложности


Самое сложное в этой работе было соблюсти верстку. Несколько раз получалось так, что таблица уже готова, а потом надо поправить описание. Я добавляю еще строчку, и всё съезжает на следующую страницу. Выручило то, что я сама редактировала и верстала, поэтому могла где-то сократить описание, где-то уменьшить отступ.

Согласование


Тарифы в банке — это бюрократичная штука, завязанная на юристах и официальных требованиях. Но в Модульбанке даже такое можно решить быстрым обсуждением в чате. Мы хотели выпустить новую версию 1 июня и выпустили. Свою версию я показала 25 мая и за три рабочих дня внесла правки и утвердила результат. Сначала результат проверила Вера, специалист Модульбанка. Она вычитала все тарифы, чтобы в них не было ошибки. Еще Вера объясняла мне, что значат юридические формулировки. Потом мы с Верой показали тарифы двум директорам: Якову и Олегу. Они за один вечер накидали замечания и ответили на вопросы:

Если бы это был обычный банк, я бы потратила полжизни, чтобы согласовать эти тарифы. Но Модульбанк не такой, поэтому я так нежно его люблю вместе с директорами.

15 декабря  

Блестящее журналистское расследование

Лет пять назад читала статью о родителях, которые забывают детей в машине. Самое страшное открытие — для мозга нет разницы, забыть дома телефон или ребенка на парковке в жаркий день. И то, и другое случается с ответственными и внимательными людьми. Сегодня я снова нашла эту статью, но читала ее уже как редактор. Еще одно, теперь редакторское, открытие — статья блестящая.

Статью написал Джин Вайгартен в 2009 году для Вашингтон Пост. В тот год в раскаленной машине погиб Дима Яковлев. Диму усыновили родители из США, а когда он погиб, российское правительство запретило американцам усыновлять детей из России. Наверняка вы это помните.

Джин встретился с приемными родителями Димы и еще четырьмя семьями, в которых произошла такая же трагедия, и написал их истории. В истории вплетается матчасть: как это всё выглядит с точки зрения науки, закона и общественного мнения.

Я не скоро научусь так писать. Но статья настолько сильная, что хочется ее разобрать. В разборе я буду приводить отрывки из статьи, поэтому советую сначала прочитать статью целиком, а потом вернуться сюда.

Статья на 20 минут чтения. Кто читает на английском — оригинал на Вашингтон Посте. А вот русский перевод блогера Azbukivedi Не по инфостилю, но читаемо.

Статья строится на едином тезисе. «Это может случиться с каждым» — тезис, который заявляет каждый кусочек статьи. Иногда герои и специалисты говорят это прямо, иногда — через факты:

Матери забывают детей также часто, как и отцы. Это случается с хронически рассеянными людьми и с фанатически организованными, с выпускниками университетов и с едва-грамотными. За последние десять лет это случилось с зубным врачом, с почтальоном, с социальным работником, с полицейским, с бухгалтером, с солдатом, с помощником адвоката, с электриком, с протестантским священником и со студентом ешивы. Это случилось с медсестрой, со строителем, с заместителем директора школы, с психологом, с профессором колледжа и с изготовителем пиццы. Да, и с педиатром. И с тем, кто «делает ракеты».

Богатый фактический материал. В статье автор собрал пять личных историй и поговорил с восьмью специалистами: тремя прокурорами, ученым, адвокатом, медицинским психологом, присяжными и руководителем организации по безопасности детей. Информация подана очень дидактично: последовательно и на знакомых сущностях. Так что всё подробно и понятно даже школьнику:

Человеческий мозг, уверяет Даймонд, это удивительное, но сплетённое эволюцией «на живую нитку» устройство, в котором более новые и сложные структуры надсажены на кучу прототипов и отбросов эволюции, до сих пор широко используемых животным миром. «Сверху» находятся самые умные, самые подвижные участки мозга: префронтальный кортекс, который думает и анализирует информацию, и гиппокамп, расставляющий и хранящий в памяти приоритеты. А там, внизу, на дне, располагаются базальные ганглии — помощник-автопилот.

Каждая деталь продвигает историю или характеризует героя. В статье очень много деталей, но ни одной лишней. Вот автор рассказывает о том, как семья Харрисонов усыновляла Диму:

Они три раза ездили в Россию, проводили по десять часов в поезде, добирались до российской глубинки, искали ребёнка по детским домам».

Автор не дает названия этой глубинки, потому что эта деталь не важна. А три поездки и десять часов — важно, потому что показывает, насколько страстно герои хотели усыновить ребенка.

Или вот еще рассказ о героине статьи:

Балфур выросла в умеренно-бедной семье в сельской части штата Мичиган. Мужчина, про которого ей всю жизнь говорили, что это её отец, оказался не настоящим отцом — а настоящим был близкий друг родителей. Дедушки и бабушки Лин сначала развелись, а потом поменялись партнёрами.

Этот кусок биографии не имеет отношения к истории с гибелью ребенка, но помогает лучше понять героя. Теперь мы знаем, почему Лин такая жесткая и ведет себя вызывающе спокойно. Человек, который должен был бы оттолкнуть, вызывает сочувствие и даже уважение.

Автор травит леску. Джина можно было бы обвинить в предвзятости: из его статьи выходит, что родители, которые забыли детей в машине, — всегда ответственные и заботливые люди. Им можно только посочувствовать, но не ругать. И ровно в момент, когда появляется это сомнение, Джин пишет:

Не все случаи смерти детей от перегрева — результат провалов в памяти положительных родителей. В других случаях родители пренебрегали своими обязанностями, а иногда были алкоголиками или наркоманами. Были случаи, когда родитель оставлял ребёнка в машине преднамеренно, несмотря на риск. В одном вопиюще чудовищном случае, мать использовала запертую машину в качестве дешевой замены яслям.

Сильное заключение. Но это вы сами прочитаете. Очень круто заканчивается статья, очень. Концовка раскрывает личность и дает намек на развитие жизни героев в будущем.

8 декабря  

Читатель классный

В рекламном тексте встречаю такое:

Перестаньте терять клиентов!

Возьмитесь за осуществление мечты всерьез

С нами ваши подарки для друзей станут классными

Читать такое неприятно, потому что чувствуешь себя идиотом: автор текста исходит из того, что я теряю клиентов, не могу поднять жопу ради мечты, а подарки дарю дурацкие. Такой текст нарушает границы и отталкивает.

Чтобы текст было приятно читать, читатель должен чувствовать себя классно. Надо транслировать мысль: «Ты классный, но станешь еще класснее с этой штукой»:

 

Читатель идиот Читатель классный
Перестаньте терять клиентов! Клиентов станет больше
Возьмитесь за осуществление мечты всерьез Вы заслужили, чтобы ваши мечты сбылись
Не дари банальщины, покупай подарки у нас Подарки подо все ваши выдумки

 

То же самое со статьями. Если статья начинается с захода «Вы много читаете, но ничего не знаете» или «Опять ничего не успели? Сейчас я вам расскажу о тайм-менеджменте», я как читатель напрягаюсь. Как редактор — еще больше.

Другое дело, если автор пишет «За прошлый год я прочитал десять книг, и ничего из них не запомнил» — я расслабляюсь и хочу читать дальше, потому что чувствую себя классно, типа: «Хаха, вот автор дурачок». Поглумиться над другими всяко приятно, а читать, как тебя называют идиотом, — нет.

Пример про мечты — из смски Альфа-банка:

В случае с этой смской мой прием не сработает. Если мы напишем в смске «Вы заслужили, чтобы ваши мечты сбылись, возьмите на них кредит в Альфа-банке» — ну глупо же: ты заслужил мечты и десять лет выплачивать за них кредит. Поэтому перефразировать — это хорошо, но если смысл важнее.

23 ноября  

Однообразный синтаксис

Бывает, что после отжима текст получается таким:

Мы работаем через интернет. Если у клиента появится вопрос, решим через чат в личном кабинете.

Для управления деньгами мы сделали приложение. Через приложение клиент выставит и подпишет счет, отправит реквизиты партнеру, переведет деньги, найдет банкомат. Так клиент сэкономит время.

Здесь проблема в однообразных предложениях: в каждом есть подлежащее, за которым идет сказуемое, длина предложений примерно одинаковая, они похожи на наколотые дрова. Если читать вслух, речь будет слишком часто прерываться. Если бы эти предложения нужно было нарисовать, они бы выглядели так:

Это неестественно, потому что речь в жизни гораздо более неоднородная, ритмичная, разнообразная. Чтобы предложения было легко читать, это разнообразие нужно перевести в письменный текст. Тогда на картинке это будет выглядеть вот так:

Перейти от первой картинки ко второй помогают три шага:

  • Перечитать вслух и понять, где спотыкаешься.
  • Чередовать длину предложений. Cтавить ряд коротких предложений подряд неправильно, длину нужно чередовать: длинное, короткое, среднее, длинное, среднее, короткое. Речь станет плавной и естественной.
  • Разнообразить синтаксис. Если сделать все предложения по одной схеме, типа «Мама мыла раму», они получатся рублеными. Вместо этого лучше добавить связки, дополнить текст деталями, начинать предложения с разных частей речи.

На примере

Теперь прочитаем вслух наш пример:

Мы работаем через интернет. Если у клиента появится вопрос, решим через чат в личном кабинете.

Для управления деньгами мы сделали приложение. Через приложение клиент выставит и подпишет счет, отправит реквизиты партнеру, переведет деньги, найдет банкомат. Так клиент сэкономит время.

Чтобы текст звучал более естественно, полезное вытащим в отдельные предложения, всё дополним деталями, разнообразим синтаксис:

Наши клиенты всё делают через интернет: подключают услуги, открывают новые счета, отменяют платежи, получают выписки. Если сейчас час ночи, но очень хочется купить валюту — без проблем: заходите в личный кабинет и покупаете, делов-то.

Чтобы личный кабинет всегда был под рукой, мы разработали мобильное приложение. Через него можно переводить деньги, получать консультации службы поддержки и искать банкомат поблизости. Так что если уедете в отпуск без ноутбука, деньги компании всё равно будут под контролем.

Предложения получились разной длины, а синтаксис стал разнообразным: в одном предложении раскрываются детали через двоеточие, другое — начинается с подчинительной связи, есть причинно-следственная связь, предложения дружат друг с другом.

Следствие однообразного синтаксиса

С однообразным синтаксисом предложения получаются несвязными друг с другом, каждое живет своей жизнью и ничего не знает о соседе. Фигово:

Таксист приезжает не туда и включает счетчик. Пассажир ждет у подъезда. Таксист тратит еще пять минут, чтобы развернуться и добраться до назначенного места. Пассажир платит за дополнительное ожидание по вине таксиста.

Видите? Тут каждый сам по себе: таксист занимается своими делами, а пассажир — своими, будто они действуют в разных мирах. Вся история пережата. Надо всё это подружить и оживить. Видосик с процессом редактирования:

И результат:

Иногда навигатор таксиста не точно показывает, где ждет пассажир. Таксист приезжает, включает счетчик, а пассажир ждет у подъезда через дорогу. Они созваниваются, таксист разворачивается, добирается до пассажира, но время бесплатного ожидания уже прошло. В итоге пассажир переплачивает за простой и ругает таксиста.

Формально синтаксис здесь всё еще однообразный: в каждом предложении есть подлежащее, за которым следует сказуемое. Но предложения подружились, одно вытекает из другого. Но вообще можно еще лучше:

Иногда навигатор таксиста не точно определяет, где пассажир и получается ситуация: таксист приезжает и включает счетчик, а пассажир ждет через дорогу. Тут начинается: «Я у подъезда, а вы где? Я вас не вижу», «А, у подъезда, а адрес такой? Точка была в другом месте, сейчас развернусь». Так проходит еще пять минут, пассажир замерз, счетчик капает. Пока таксист доезжает до нужного места, пассажир уже платит за простой. Оценка у таксиста будет в этот раз не очень.

Нет предела совершенству.

23 ноября  

Единство и самодостаточность элементов статьи

Записала вебинар о самодостаточности элементов статьи. Этот вебинар обязательный для всех, кто пишет или собирается писать в Дело. А для тех, кто не пишет и не собирается — необязательный, но полезный.

Вот конспект по основным идеям. И еще немного нового, чего не было в вебинаре.

Элементы статьи

Добротная статья — это не просто текст а целая экосистема, которая включает в себя элементы для управления вниманием и работы на тему. Вот эти элементы:

текст, абзацы,

иллюстрации (видео, гифки),

заголовки и подзаголовки,

таблицы,

подверстки,

шпаргалки, выводы, инструкции,

фактоиды,

справки на полях,

ссылки,

цитата,

примеры с отступами,

выделение маркером.

Под элементами я подразумеваю сам элемент и описание к нему. Иллюстрация как элемент статьи — иллюстрация с подписью, фактоид — цифра с описанием, ссылка на полях — ссылка с описанием.

Элементы работают на тему статьи: поддерживают ее, соблазняют читателя прочитать статью или фрагменты, обогащают дополнительной информацией. При этом каждый элемент должен быть самодостаточными — считываться сам по себе.

Самодостаточность элементов


Единство означает, что все элементы, которые относятся к статье, развивают и обогащают ее по теме. Самодостаточность означает, что каждый элемент несет цельный кусочек информации.

Из фактоида читатель должен узнать информацию, которую сможет рассказать друзьям или родным, даже если не прочитает статью. Тогда фактоид самодостаточный. А еще читатель по фактоиду должен захотеть прочитать текст поблизости. Тогда фактоид поддерживает тему и работает на статью.

С подзаголовками то же самое, хотя с ними бывает больше всего проблем. Подзаголовок должен считываться сам по себе и помогать читателю принимать решение, читать раздел или нет. Поэтому подзаголовок не должен быть абстрактным.

Бонус: дополнительный пример не из вебинара

Допустим, мы пишем статью, как составить договор о коммерческой тайне. В ней есть раздел о том, что нужно запретить делать с тайной. Плохо, если будет так:

Договор о коммерческой тайне (заголовок)
Запрещенные действия (подзаголовок)

Подзаголовок очень абстрактный, непонятный в отрыве от заголовка. Запрещенные действия — это бить детей, воровать в магазине и оскорблять чувства верующих. Непонятно, абстрактно, несамодостаточно.

Самодостаточно так:

Договор о коммерческой тайне (заголовок)
Что запрещено делать с тайной (подзаголовок)

Разумеется, не надо в каждом подзаголовке повторять тему статьи и писать слово «тайна», это уж совсем. Главное — чтобы подзаголовок сообщал тему своего раздела.

Еще пример. Тоня Сергеева, редактор Дела, составляет концепцию нашего канала в телеграме. В концепции Тоня написала подзаголовок «Без запугиваний». Он может показаться несамодостаточным, но мне понравился. Мы с Тоней стали обсуждать, как так получилось. Вот что я об этом поняла, подумав неделю:

Может, мы с Тонькой и не правы, конечно. Но пока так.

Функции элементов


Каждый элемент статьи выполняет три функции:

  1. Управляет вниманием
  1. Помогает читателю принять решение, читать ли статью
  1. Обогащает тему

Это я подробно рассказываю в вебинаре.

Тест на самодостаточность


В вебинаре я рассказала, как проверить элемент на самодостаточность. Вот так: представить, что за спиной идет коллега и заглядывает в монитор. Он видит только один элемент статьи. Он поймет мысль? Сможет принять решение, читать ли кусок текста рядом? Если да, элемент самодостаточный. Если нет — несамодостаточный.

Макет статьи из вебинара

Макет из вебинара я сохранила пдфкой, можно скачать и рассмотреть всё повнимательнее:

В записи забыла сказать, что лучшая заглавная иллюстрация была бы фотка автора с детьми. Говорю здесь.

17 ноября